Конунг становится не только гарантом и инструментом (через своих должностных лиц) исполнения законов, но отчасти и их источником. Во время расцвета эпохи викингов, т.е. «большого переходного периода» от вождеств к раннему государству, судебная функция сочетает в себе еще черты реципрокности («соблюдал их сам») и нарождающееся отражение интересов господствующих в обществе страт

Начиная с Хальфдана, но особенно при его преемниках Харальде Прекрасноволосом и Хаконе Добром, как одна из основных обязанностей (и прав) верховного конунга страны упоминается сбор дани (податей, выкупов). Он воспринимается не только как источник доходов конунга и его людей, но и как один из механизмов объединения страны посредством повышения материальнои заинтересованности местной знати в этом процессе

Надо, впрочем, сказать, что в этих (судебной и фискальной) сферах управления Норвегия, судя по «Сагам», немного опережала Швецию и отчасти (до Харальда Синезубого, т.е. до середины X в.) Данию. Впрочем, исследователи скандинавского раннесредневекового общества рисуют его не столь развитым, как представляется по «королевским сагам». Так, А. Корсунский считает короля подсудным тингу до XII    в., А. Гуревич отмечает, что областные законы, составленные по указаниям норвежских королей второй половины XI — XII в., были в основном памятниками обычного права, обязательного для всего населения страны, независимо от статуса.

Независимо от причин «модернизации» скандинавского общества

в «королевских сагах» по сравнению с правовыми документами, можно констатировать, вероятно, развитие судебно-фискальной практики (отраженной в «Сагах»), опережающее ее текстуально-юридическое оформление.