Цель обеих — закрыть хронологическую лакуну в несколько десятилетий, недопустимую для летописей-хроник, связать конец варяжской легенды, включая поход на Царьград, отраженный в византийских источниках, с концом правления Игоря, также в них достаточно освещенным. Таким образом, решались две задачи — восстанавливалась преемственность внутри династии и находило свою хронологическую привязку бытовавшее на Руси (или привезенное из Болгарии в середине XI в. — у Илариона его следов нет) сказание о Вещем Олеге.

Первая попытка, вероятно, могла исходить из имевшихся еще в распоряжении автора Начального свода большей части варяжской легенды, византийских данных о походе 860/866 г., киевского сказания о Кие (еще не связанных между собой), каких-то погодных записей (если существовал «Хронограф по великому изложению») и самого «Сказания о Вещем Олеге».

В этом случае вопрос решался «снизу» в хронологическом плане. Если поход, а затем и заключение мира с греками действительно имели место во второй половине IX в., — а судя по противоречивым византийским источникам, об этом было, возможно, известно на Руси, — то случилось это либо при Михаиле III и Фотии, либо при Василии I и Игнатии. Отсюда как бы «промежуточная» дата похода в летописи — 866 год, но зато подробное его описание. Крещение Руси в это время, если и известное летописцу, могло быть убрано из соображений противоречий со сказаниями об Ольге и о крещении Руси при Владимире и принижении в этом случае роли последних.

Но суть не в этом, а в том, что именно эта дата могла послужить исходным моментом для вычислений автора Начального свода.