Это же касается и первого контакта с «ранним», потенциально бюрократической формы, Болгарским государством.

Поражение Святослава ослабило отрицательные последствия (длительность) этого отвлечения сил. За это время волыняне, хорваты, северяне и другие, вышедшие из державы, сами, вероятно, перешли к стадии «военной иерархии». Вместо одной линии политогенеза могло появиться несколько, причем разнотипных (Новгород, Полоцк — протогорода-государства с округой). Но Новгород при всех коллизиях сохранял верность центру и даже выступал гарантом целостности всей системы.

В конце 70-х (при Ярополке) — начале 80-х годов X в. Русь, практически одновременно с Данией и Польшей, чуть позже Чехии (примерно на 30 лет) и на столько же раньше Венгрии, переходит к начальной фазе «раннего государства». Процессы государствообразования в них проходят почти синхростадиально и взаимно переплетаются, стимулируя друг друга и в сотрудничестве, и в борьбе. Налицо и прямая взаимопомощь: политическое убежище норвежских и шведских конунгов на Руси (и обратно, вплоть до Андрея Ярославича в 1263 г.), союзы, спасение польской ранней государственности от полной гибели после поражения при столкновении с «обществом» в 1035-1037 гг. и дальнейшей дезинтеграции. Швеция и Норвегия, отставая от Руси (поражение государства в «пробе сил» с обществом в Упсале из-за введения христианства и по вопросам единства — при Харальде Гардраде), поставляли ей кадры для ее процесса государствообразования. Во все критические моменты жизни русы, особенно новгородские, всегда могли получить «варяжскую» помощь (хотя и не бесплатную).