Нет почти никакого сходства в описаниях погребального обряда славян и русов. Сближает славян и русов обычай захоронения

вместе с мужем одной из его жен, упомянутый для русов тремя, для славян — одним (Ибн Русте) автором. У последних в жертву добровольно приносится та из жен покойника, которая «утверждает, что особенно любила его», причем перед погребальным костром она подвергается удушению. Русы же «кладут в могилу живую любимую жену покойника», «жена умирает в заточении»1 8 Нюанс довольно существенный: в первом случае — почетное право любимой жены, во втором — тяжелая и, вероятно, не очень почетная обязанность.

В остальном детали погребального обряда не совпадают вообще: у славян — кремация (на стороне) с занесением пепла на «холм» (курган?) и тризной; у русов (во всяком случае, «знатных») — захоронение в «могиле в виде большого дома», с обилием погребального инвентаря (одежды, «золотые браслеты», «чеканная монета»), заупокойной пищи и питья.

В блоке VI (жилища) — только два признака, и оба они (хижины и землянки) относятся к славянам. Мусульманские географы не только никогда не видели жилищ русов, но и, скорее всего, не имели их описаний, приводя в то же время такое подробное описание землянок славян, каких не было у византийских авторов.

Вероятно, в отличие от «острова русов» земля славян была в пределах досягаемости арабских и персидских авторов или их непосредственных информаторов, о чем косвенно свидетельствует достаточно подробное описание их (славян) жилищ.