Лишь у Гардизи, сведения которого, возможно, отражают несколько более поздние реалии, содержатся данные о наличии «таможенных сборов» и стабильной внешней эксплуатации (славян) в форме полюдья. Вероятно также, что у русов не было не только намерения, но и сил военным путем установить свое господство над всеми «славянами» восточных источников.

Численность русов на ранних этапах их существования внутри изначального периода можно определить следующим образом: Гардизи называет цифру в 100-200 человек, совершавших ежегодный объезд славянских земель. Это не все русы, но явно значительная их часть, ибо позднее в полюдье участвуют «все русы» (середина X в., Константин Багрянородный). Русов — дружинников и купцов — было, вероятно, не более 1000 человек даже к середине X в. Учитывая женщин (жен и наложниц, а их могло быть несколько десятков у знатных русов), слуг и рабов (а их тоже можно причислить к правящей корпорации в широком смысле, ибо «Русская Правда» и позднее защищает их более высокими мерами, чем простых свободных), численность русов могла равняться нескольким тысячам человек.

Процесс слияния двух тенденций становления государственности, синтеза «вождеств» различных форм, превращения русов из военноторговой группы, не имеющей постоянной «прописки», в «верхний уровень» власти Древнерусского государства, составляет содержание второго этапа политогенеза. Он хорошо освещен разного вида источниками, составляя в том числе и основную канву событий конца IX в. в ПВЛ.