Делая правильный вывод о реальной асинхронности появления этих четырех признаков государственности и тем более неадекватности их отражения в источниках, В. Пузанов почему-то останавливается только на одном — территориальном делении. Он не первый, кто делал так— в силу источниковой очевидности этого признака На самом деле, если признавать именно эти признаки государства за сущностные, ведущие (а имеются еще и вторичные, часто более заметные

в источниках, включая археологические), то проблем с очередностью их появления не возникает Разумеется, сложившемуся раннему государству должны быть в разной степени развитости присущи все элементы «триады», а также и «правовой» элемент, но возникать они могут в разных регионах в разной последовательности. Еще JI.E. Куббель, опираясь на работы многих специалистов по регионам, выделил минимум три варианта перехода к раннему государству с разными типами «асимметрии»: Западная и Восточная Европа, Тропическая Африка.

Что же касается самого переходного «между вождествами» и «ранним государством» потестарно-политического этапа государствогенеза, то он, как и все остальные, не является чем-то аморфным (для Руси по крайней мере), где, скажем, до середины его преобладают потес- тарные, а с середины — политические процессы. Это не сознательное постепенное строительство государства, без критериев и откатов (такого даже в теории политологии не бывает), для достижения какой-то безотносительной к личностным и групповым интересам цели. Этап — самоценен, имеет фазу (стадию) становления, расцвета (или стабильного развития) и кризиса (переходная фаза). Он имеет свои ярко выраженные, особенно на средней фазе, потестарно-полити- ческие структуры, аналогов которым нет ни на этапе «вождеств» (позднепотестарном), ни «ранних государств» (раннеполитическом).