Откровенно «иностранная» религия, как и слишком быстрый процесс «огосударствления» и даже зачаточной феодализации, чуть ли не переход от «раннего государства» к «зрелому», вызвали ответную предохранительную реакцию общества (крестьян и Мазовии) и едва не привели к возвратному процессу. Только солидарность христианской Руси и раннефеодальной Германии предотвратили его.

Пример Ободритского государства, как и Швеции и Норвегии, говорит о том, что, не создав предварительно «большой дружины», великий князь (даже «король») проигрывал конфликт с «родовыми дружинами» аристократов и иногда погибал при попытке ввести христианство, используя его как фактор интеграции. Там, где эти три момента хронологически почти совмещались, достигался наиболее быстрый и почти бескровный успех (Дания, Русь), где были асинхронны (Чехия X в.) или некоторые из них вообще отсутствовали (Польша, Ободри- ты, Швеция) — либо внутренние коллизии являлись более катастрофическими (Ободриты, Польша), либо процесс был очень длительным (Швеция).

Для Руси конца X — середины XI в. основой являлась корпоративнодружинная форма ранней государственности с элементами (в регионально- или структурно-политическом плане) линий развития к городам-государствам (не только Новгород, Псков и Полоцк, но и такой институт, как вече, во многих городах, а также боярско-аристократические тенденции в Ростове, Галиче и др.). Эта основа дополнялась некоторыми элементами «политарной» (всеобщность государственной налоговой эксплуатации) и феодально-иерархической (система кормлений — «ярлств») форм государственности.