Для выполнения подобных «внутренних» функций иностранцы, или «изгои», были лучше представителей племенных дружин.

Что касается главной особенности «дружинного государства» — использования дружины как основной или даже единственной единицы аппарата управления, то это можно отнести лишь к Польше (позднее здесь добавляется церковная организация, а с начала XII в. — королевская канцелярия). На Руси в большей степени сохранялись (или создавались заново) органы местного самоуправления в виде вече, а в Новгороде — недружинное боярство, кроме того, все больше функций брали на себя тиуны, часто холопы — рабы управителей княжеских вотчин. В этом плане Русь больше напоминает Швецию с ее развитым местным самоуправлением и хусабюменами, рабами конунга, чем Польшу. Впрочем, воеводы, посадники, сборщики даней, судебные исполнители были все же исключительно дружинниками.

Меньшая численность русской дружины диктовалась, однако, не только ее функциями, но и возможностями снабжения. В Польше, как и в Чехии, вся деятельность остального общества была подчинена нуждам «воинов». Это и «служебная организация», и «сторожа» (регулярная натуральная подать), «миткалы» (деньги на содержание дружины). Кроме того, дружина (или по крайней мере ее высшая и «столичная» часть, ездившая вместе с королем) одевалась в «одежды различного цвета» по полкам, получала единовременные дары-награды из казны правителя, кормилась за его счет на «золотой» и «серебряной» посуде в «убежищах для его остановок». Добавим сюда внешние источники прибавочного продукта, получаемые в ходе завоевательных войн.