На Юге преобладали совсем иные традиции — собственно славянские (Валинана?), при особом влиянии Среднеевропейской модели (Великая Моравия, Чехия, гипотетическое государство хорватов-зличан) на его западе (Правобережье Днепра). На его востоке (Левобережье) и центре (округа Киева), т.е. отчасти на территории будущей «Русской земли», господствовали хазарские политические институты, восприемником которых и стали «каганы» из Рюриковичей, а также степное (аланоболгарское) культурное влияние. Не надо забывать также о том, что все эти воздействия наложились не на вакуум, а на общинные общеславянские традиции, а кое-где на вождества-«княжения» и даже их объединения. «Лаконизм» и малая (по историографии) достоверность русских источников о первой четверти века существования государства Русь, абсолютное (если не относить к этому времени сведения второй традиции восточных источников и частично — ал-Масуди) отсутствие иностранных данных могут компенсировать лишь археология, нумизматика и компаративный метод.

Слабость археологических источников — в их неоднозначности и неточности датировок, однако относительно (для наших целей) точная дендрохронология Старой Ладоги и Рюрикова городища, а в связи с этим — более общая стратиграфия городищ Северо-Запада (Изборск, Псков, Полоцк), Северо-Востока (Сарское), культуры Луки-Райковец- кой и части роменско-боршевской отчасти подтверждают механизмы, описанные летописями, их последовательность и хронологию. Так, пожар, возможно связанный с событиями середины 50-х годов IX в., «венчает» строительный горизонт  Старой Ладоги, деревья для которого были срублены в 842-855 гг. Возрождение Ладоги падает на начало 60-х годов IX в., что допустимо связать с деятельностью Рюрика, чьей столицей она стала.