Скорее именно ее малые объемы могли быть лишним стимулом для внешней военной акции в рамках преобладающей доли экзоэксплуатации в доходах элиты эпохи «варварской государственности», особенно фазы ее перехода в собственно раннюю государственность. Вся армия Святослава осела в Болгарии и кормилась за счет ее и соседней Византии, ничего на Русь не отправляя.

Что же касается второго вопроса, то относительно возможностей покорения Святославом отпавших ранее от Киева восточнославянских племенных союзов и княжеств вряд ли кто сомневается. Другое дело, было ли это нужно лично ему и окружающей его военной элите. Выше говорилось о превышении экзоэксплуатации над эндоэксплуатацией на этой ступени государствогенеза1 Превращение «чужих» в «своих» или даже «полусвоих» было невыгодно в связи с невозможностью в таком случае получения сразу крупных объемов избыточного продукта2 В принципе, Святослав начал завоевание именно с покорения племен (вятичей), но быстро увлекся куда более «блестящими», с точки зрения славы, перспективными и прибыльными внешними захватами, что отражено в предыдущем издании монографии. Впрочем, существует версия, вообще «снимающая» со Святослава даже попытку стать объединителем восточнославянских земель. Походы на вятичей ставятся в контекст войны с Хазарией по «расчистке» «Восточного пути» поступления монетного серебра на Русь. Вятичи — данники Каганата и, кроме того, «оседлали» важный стык двух вариантов «Восточного пути» — Окско-Волжского и Окско-Донского (подробнее об этом говорится на с. 209-211, 353-354 1-го изд.). Да и не забудем еще и о том, что «победы над греками» были достигнуты в союзе с болгарами, при помощи венгров и печенегов.